Шантаж Газпрома в Европе, жертвы Северного потока-2 и санкции СНБ…

Должен знать

Шантаж Газпрома в Европе, жертвы Северного потока-2 и санкции СНБ…
Оператор газотранспортной системы Украины (ОГТСУ) – одна из крупнейших госкомпаний Украины. За 2020 год она заработала 62,3 млрд грн. Львиную долю всей выручки ей приносит всего один источник – транзит российского газа через Украину в Европу в рамках пятилетнего контракта с Газпром на $7,2 млрд.
Но что будет украинской ГТС с 2025 года, когда транзитный контракт с Газпромом подойдет к концу? Грозит ли «трубе» остановка транзита уже с 2022-го, если российский монополист достроит очередной газопровод вокруг Украины – Северный поток-2? И как Украине этому противостоять?
LIGA.net задала эти вопросы главе ОГТСУ Сергею Макогону.

О судьбе Северного потока-2, транзитном контракте с Россией и шантаже Газпрома

— В июне Газпром достроил первую нитку газопровода Северный поток-2, вторую нитку планирует достроить к концу августа. По вашим прогнозам, грозит ли в таком случае Украине нулевой транзит уже с 2022 года?
— Я считаю, что такой сценарий минимальный. Построил – еще значит, что запустил. Мы подписали транзитный контракт до 2025 года, в нем заложен принцип «качай или плати», поэтому за прокачку по 40 млрд кубометров газа в год Газпром продолжит платить нам в любом случае до 2025 года. Это более $1,2 млрд в год, поэтому не думаю, что Газпром откажется от физической прокачки через Украину, понимая, что платить все равно придется. Во-вторых, они чрезмерно оптимистичны, ожидая, что к осени смогут запустить Северный поток-2.
— Что может помешать?
— Кто этот газопровод сертифицирует? Из-за риска подпасть под санкции США из проекта уже вышла норвежская компания DNV GL, которая должна была сертифицировать газопровод «Северный поток-2» по завершению строительства. Газпрому теперь нужно искать компанию, которая захочет сертифицировать этот газопровод, рискуя попасть под санкции США.
Без сертификации никто в Европе не разрешит его запускать. Сертификация – это подтверждение качества работ. Нет сертификации – нет гарантии, что трубопровод надежен.
В этом проекте очень много «если».
— Например.
— 15 июля ожидается решение Европейского суда правосудия (Люксембург) по иску Польши по поводу использования немецкого газопровода OPAL (европейское продолжение газопровода Северный поток – Ред.). Если суд станет на сторону Польши, а такая вероятность очень высока, Газпром не сможет использовать 100% мощности OPAL.
Использование OPAL для Газпрома будет ограничено на 50%, а решение суда станет прецедентом – оно откроет возможность ограничить для Газпрома использование мощностей другого газопровода – EUGAL (немецкое продолжение Северного потока-2 Ред.).
Простыми словами, при положительном решении суда даже если Газпром запустит Северный поток-2, то он все равно не сможет использовать его на полную мощность из-за ограничений на газопроводах OPAL и EUGAL.

— Если многие вещи упираются в сертификацию, что мешает России создать у себя какую-нибудь однодневную компанию, которая сертифицирует газопровод?
— В Европе такое невозможно. Автор сертификации будет серьезно рассматриваться. Тут еще важно, как поведет себя немецкий регулятор. Именно он будет принимать решение о вводе газопровода в эксплуатацию и устанавливать, подпадает ли он под норму третьего энергетического пакета ЕС и обновленной газовой директивы.
Если немецкий регулятор станет на сторону россиян, в игру может вступить Европейская комиссия. Она может оспорить в суде решение немецкого регулятора, а это затянет процесс запуска Северного поток-2 еще надолго.
Более того, суд может ввести ограничения на Северный поток-2. Как вариант – запретить Газпрому использовать мощности газопровода на 100% и допустить к нему других игроков.
— Недавно Газпром отказался бронировать дополнительные мощности украинской ГТС. О чем, на ваш взгляд, это может говорить?
— Газпром повышает ставки. Мы спокойно можем дополнительно прокачивать в Европу по 150 млн кубометров газа в сутки. Это 4,5 млрд кубов в месяц. Такой дополнительный объем газа мог бы стабилизировать цены на газ в Европе, которые уже достигли исторического максимума. Но Кремль этого не хочет. Они посылают европейцам четкий сигнал: не будет Северного потока-2, не будет и дополнительного газа.
— Как на это должна реагировать Еврокомиссия, и почему она, на ваш взгляд, игнорирует действия Газпрома?
— Еврокомиссия не замечает Газпром уже лет 30. На мой взгляд, Еврокомиссия должна начать антимонопольное расследование против Газпрома. Даже простое открытие дела может стать для Газпрома хорошим сигналом – перестаньте искусственно ограничивать поставки газа в Европу.
Штраф Газпрома в таком случае может составить 10% от прошлогодней выручки. А это миллиарды долларов.
— Для этого кто-то должен инициировать расследование.
— Мы активно сейчас общаемся с Еврокомиссией. Мы – это Оператор ГТС, Нафтогаз и Министерство энергетики. Также есть ряд европейских компаний, которые анализируют подобные возможности.

О Турецком потоке, будущем украинской ГТС и компенсации за Северный поток-2

— Сейчас активно обсуждается судьба Северного потока-2, но почему-то полностью выпал из информационного поля другой газопровод России в обход Украины – Турецкий поток, продолжение которого уже добралось до Венгрии. Почему, если его цель аналогична миссии Северного потока-2?
— Мы давно бьем в колокола по поводу Турецкого потока. Обсуждали газопровод с Еврокомиссией, с НАТО, конгрессменами США и другими стейкхолдерами. Но тут проблема в том, что данный газопровод формально не входит на территорию ЕС, он входит в Турцию, а потом уже в Болгарию, Сербию и далее в Венгрию.
У нас вызывают вопросы сертификация сербского оператора ГТС и по этому поводу мы писали жалобы в Секретариат Энергетического Сообщества. К сожалению, у него нет возможности зарегулировать работу сербского участка газопровода.
Наши юристы сейчас изучают, подпадает ли газовый интерконнектор между Сербией и Венгрией под нормы третьего энергопакета и новой газовой директивы. Я знаю точно, что Венгрия пока отложила расширение этого интерконектора с 6 до 8 млрд кубометров газа, в том числе из-за угрозы санкций США.
Мне кажется, что с точки зрения энергетической безопасности Венгрии правильнее было бы иметь возможность получать газ не только из Турецкого потока, но и через Украину. И мы пытаемся убедить в этом наших коллег. Но, конечно, Газпром очень жестко лоббирует там свои интересы.
— У нас есть план Б на тот случай, если Газпром все-таки запустит Северный поток-2? Транзитный контракт всего на пять лет, что будет дальше с нашей ГТС?
— Технологически ничего страшно не произойдет. ГТС будет работать, но только для нужд украинских потребителей. Не стоит забывать, что Украина потребляет 30 млрд кубометров газа и 20 млрд кубов добывает. Некоторые «эксперты» говорят: «упадет давление в трубе». Это полная ерунда. Без транзита мы сможем работать.
Конечно, мощности нашей ГТС намного превосходят текущие объемы транзита, и нам нужно будет оптимизировать ГТС, чтобы снизить стоимость ее обслуживания.

— Насколько при нулевом сценарии может вырасти тариф оператора ГТС на транспортировку газа?
— Транзит нам сейчас приносит 80% дохода. Поэтому без своевременной оптимизации ГТС и снижения операционных затрат тариф на транспортировку газа (прошу не путать с ценой на газ и на услуги распределения газа) может вырасти в 2-4 раза. Чтобы не допустить такого повышения, мы уже сейчас активно работаем над оптимизаций ГТС: на первом этапе мы планируем вывести из эксплуатации 33 компрессорных цеха. При полной остановке транзита дополнительно будут выведены из эксплуатации и ряд дополнительных компрессорных станций.
Но порядок их вывода достаточно сложный и требует большого количества согласований и разрешений. Мы сейчас этим занимаемся. Надеемся на поддержку правительства, Министерства энергетики и Министерства финансов, чтобы ускорить данный процесс и успеть до 2025 года.
— Что с прагматичной точки зрения может означать запуск Северного потока-2? Повлияет это как-то на цену газа в Европе, может ли вызвать риск дефицита в странах Восточной Европы?
— Больше всего в этом проекте заинтересована Германия. Многие европейские страны выступают против этого проекта. Германия станет хабом и грубо говоря получит себе самый дешевый газ, а также заберет себе транзитный доход Польши, Словакии и Украины.
Какие страны могут пострадать? Особенно пострадают страны Восточной Европы, так как им придется платить за более длинную и дорогою транспортировку российского газа из Германии. Кроме этого, могут появиться сложности с транспортировкой газа внутри Европы, так как вся текущая инфраструктура построена на транспортировку газа именно со стороны Украины.
— У нас может возникнуть дефицит?
— Нет, дефицита не будет, а вот цена может стать выше. Также мы опять может столкнуться с проблемой физического ограничения импорта. Сейчас у нас большая часть импортных поставок идет виртуальным реверсом, то есть физического импорта не происходит, идет замещение газа.
Если транзита не будет, то не будет и виртуального реверса. Поэтому все объемы нужно будет импортировать физически из ЕС. А возможности физического импорта у нас пока ограничены Словакией. Через Словакию можно прокачивать только 27 млн кубов в сутки. По году это 9,85 млрд кубов газа. Это достаточно в годовом объеме (Украина ежегодно импортирует около 10 млрд кубометров газа), но при пиковом потреблении зимой этого может быть недостаточно.
Придется больше закачивать в ПХГ, чтобы быть в состоянии покрыть зимние пики. Поэтому мы сейчас активно работаем, чтобы создать гарантированные мощности из Польши и Венгрии. Но конечно, основная наша задача как страны – увеличить собственную добычу газа, чтобы снизить зависимость от импорта.
— По информации Bloomberg, между США и Германией идут переговоры о компенсации для Украины за запуск Северного потока-2. Какой на ваш взгляд может быть самым приемлемым вариантом компенсации для Украины?
— Очевидно, что водородные идеи не могут быть равноценной компенсацией. Это разные области сотрудничества с ЕС. Единственно приемлемый для нас вариант – новый контракт на транзит газа на 45-50 млрд кубометров газа в год на следующие 15 лет с финансовыми гарантиями европейских банков или компаний.

О деньгах за ГТС, «одиозных облгазах» и санкциях СНБО

— Участники рынка говорят, что Оператор ГТС и облгазы достигли эти летом неформального соглашения: «облы» пообещали потихоньку погашать 10 млрд грн долга перед оператором за отобранный газ этой зимой, чтобы не попасть под санкции СНБО. Насколько верна эта информация?
— Никакого неформального соглашения быть не может. У нас есть договор, по которому облгазы должны оплатить за тот газ, который был отобран из ГТС – более 1 млрд м3. Они должны были рассчитаться, но не рассчитались. Задолженность составляет около 10 млрд грн. В прошлом месяце они оплатили около 600 млн грн. Этого явно недостаточно.
Облгазы каждый месяц собирают с населения около 2 млрд грн с НДС за распределение газа. Из этой сумму они должны платить около 50% на покупку газа для ВТВ (покрытие технологических потерь. – Ред.). Соответственно, это 1 млрд грн. А заплатили нам всего 600 млн грн. Раньше еще меньше платили. Поэтому мы уже подали судебные иски для взыскания задолженности. Мы работаем сугубо в правовом поле.

— То есть долги продолжают расти?
— Обычно задолженность растет в отопительный сезон. Сейчас долги продолжают значительно расти только у одиозных облгазов – Донецкоблгаз и Тернопольгоргаз. Там задолженность уже более 1.5 млрд грн. Я считают, что эти предприятия нужно проводить через процедуру банкротства, а государственные распределительные сети передать в управление более эффективному оператору.
— Действительно ли обсуждался вариант введения санкций против обгазов через СНБО?
— Я слышал о такой идее. Но  считаю, что в данный момент самый эффективный вариант – принять законопроект №3800 и ввести для облгазов так называемые спецсчета. На них будут поступать все средства, которые облгазам перечисляют потребители в качестве платы за распределение газа.
Часть этих денег потом будет автоматически списываться на счета ОГТСУ для погашения долгов за отобранный газ. Без таких спецсчетов пока никак, потому что сейчас – хочу плачу, хочу не плачу. Так быть не должно. Тариф имеет целевую структуру и облгазы обязаны использовать эти средства строго по назначению.

— В январе акционер Оператора ГТС компания Магистральные газопроводы Украины предлагала Кабмину пересмотреть условия договора с Укртрансгазом о купле-продаже ГТС. Чем закончилась история с контрактом?
— Оператор ГТС – не сторона данного контракта. Но, насколько мне известно, было решение Кабмина отменить динамическую часть соглашения, но далее процесс пока не пошел. Вам лучше уточнить в МГУ подписали ли они изменения в соответствующий договор между Укртрансгазом и МГУ. Это их ответственность.  

Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter.

Случайные новости

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Свежие новости